Прошел следующий день. Герсен нетерпеливо дожидался часа общения. Он наконец наступил. В зале появилась еще одна женщина. У нее была пышная, но изящная фигура, длинные красивые ноги, удлиненное патрицианское лицо и ошеломляющий овал сложно зачесанных ярко-белых волос. Герсен внимательно оглядел ее. Нет, решил он с облегчением, она не может быть Ифигенией с Фамбера. В ней слишком много утонченно-искусственного. Такая женщина вполне могла бы оценить себя в десять миллиардов севов, и Герсену почти хотелось, чтобы Кокор Хеккус заплатил их и завладел ею. Девушка со светло-золотистыми волосами не появлялась. Герсен вернулся в свою комнату с отвращением. Пока он сидит тут взаперти, Кокор Хеккус успешно приближается к своей цели. Чтобы отвлечься, Герсен до полуночи читал старые журналы.
Следующий день был в точности похож на предыдущий. Для Герсена они начали сливаться в сплошную неразличимую череду. За ленчем появились два новых гостя. Из услышанных краем уха комментариев Герсен узнал, что это были Тихус Хассельберг, президент корпорации Джарнелл, и Скерде Ворек, директор Форестленда, оба с Земли и оба почти миллиардеры. «Еще на два шага ближе к цели», — горько подумал Герсен.
Днем он упражнялся в гимнастическом зале. За обедом еда казалась еще более безвкусной, чем обычно. Герсен вышел в общий зал в мрачном настроении. Он взял стакан затхлого сасанийского вина и уселся на скамью, готовясь провести очередной унылый вечер. Через полчаса дверь открылась, и в зал вошла девушка с золотистыми волосами. Сегодня она казалась еще более задумчивой, чем обычно. Герсен внимательно оглядел ее и решил, что она далеко не так проста, как кажется с первого взгляда. Черты ее лица были так совершенны и так идеально расположены, что казались непримечательными — но она, безусловно, не была обычной девушкой. Она взяла в центральном киоске чашку чая и присела на скамью недалеко от Герсена. Он пристально глядел на нее, чувствуя, как учащенно бьется его сердце. Почему? — раздраженно спросил он себя. Почему эта молодая женщина, которую в лучшем случае можно назвать привлекательной, так сильно действует на него?
Он поднялся, подошел к ней и спросил:
— Могу ли я присоединиться к вам?
— Если хотите, — ответила она после минутного колебания, достаточного, чтобы дать понять, что она предпочла бы сидеть в одиночестве. В ее голосе слышался странный архаичный акцент, который Герсен тщетно пытался идентифицировать.
— Простите меня за неуместное любопытство, — спросил Герсен, — но не вы ли — Алюз Ифигения Эперже-Токай?
— Я Алюз Ифигения Эперже-Токай, — произнесла она, поправляя его произношение.
Герсен глубоко вздохнул. Его инстинкты не подвели! Глядя вблизи на ее спокойное приятное лицо, он решил, что оно не такое уж спокойное, как казалось издали. Пожалуй, ее можно было назвать хорошенькой. Он решил, что главную прелесть ее лицу придают глаза. Но назвать ее красавицей? Да еще такой, что могла вызвать у Кокора Хеккуса столь пламенную страсть? Это казалось неправдоподобным.
— Вы родом с планеты Фамбер?
Она вновь окинула его безразличным взглядом.
— Да.
— Знаете ли вы, что большинство людей считает Фамбер воображаемым миром из легенд и баллад?
— Да, я узнала об этом, к своему большому удивлению. Уверяю вас, Фамбер вполне реален.
Она отпила немного чаю и вновь скользнула взглядом по Герсену. Ее глаза, большие, чистые, искренние, были, безусловно, прекрасны. Но легкое изменение ее позы дало понять Герсену, что разговор ее больше не интересует.
— Я не стал бы беспокоить вас, — напряженно вымолвил Герсен, — если бы не тот факт, что именно ваш жених Кокор Хеккус доставил меня сюда, и что я считаю его своим смертельным врагом.
Ифигения на мгновение задумалась:
— Вы поступаете неразумно, считая его своим врагом.
— Предположим, он внесет назначенную вами сумму, что тогда?
Она пожала плечами:
— Этот вопрос я не желаю обсуждать.
Герсен решил, что она, без сомнения, хорошенькая, даже более, чем хорошенькая. Когда она говорила и даже когда она задумывалась, ее лицо наполнялось такой одухотворенностью и жизненной энергией, которые преображали даже обычные черты лица. Герсен не знал, как поддержать разговор. Наконец он спросил:
— Вы хорошо знаете Кокора Хеккуса?
— Не слишком хорошо. Большую часть времени он проводит в Стране Миск за Горами. Мой дом — Драззан в Жантильи.
— Как вам удалось добраться сюда? На Фамбер часто прилетают корабли?
— Нет, — она вдруг повернулась и пристально взглянула на него. — Кто вы такой? Один из его шпионов?
Герсен покачал головой. Глядя ей в лицо, он изумленно подумал: неужели я когда-нибудь мог считать ее обычной девушкой? Она прекрасна, невыразимо прекрасна. Вслух он произнес:
— Если бы я был свободен, я постарался бы помочь вам.
Она рассмеялась довольно жестоким смехом.
— Как бы вы могли помочь мне, если вы даже себе не в силах помочь?
Герсен ощутил, что краснеет — впервые в жизни. Он неловко поднялся на ноги.
— Доброй ночи.
Ифигения не ответила. Герсен побрел к себе в номер, принял душ и бросился ничком на кровать. Предположим, он свяжется с Душаном Аудмаром? Нет, бесполезно. Аудмар даже не побеспокоится сообщить ему об отказе. Майрон Пэтч? Более чем бесполезно. Бен Заум? Он может предложить тысяч десять, не больше. Герсен взял один из старых журналов и стал машинально пролистывать его. Ему попалась фотография человека, лицо которого казалось странно знакомым. Герсен взглянул на подпись к снимку, но имя — Даниэль Трембат — ничего ему не говорило. Странно. Герсен перевернул страницу. Лицо было в точности на кого-то похоже, — на кого? Герсен вновь взглянул на фотографию. Он знал этого человека, как «мистера Хоскинса», он привез его труп с Паршивой Планеты. Герсен прочитал заметку:
«Даниэль Трембат, Генеральный директор Банка Ригеля, ныне в отставке. Пятьдесят один год Его Превосходительство служил Банку и людям Скопления Ригеля. На прошлой неделе он заявил о своей отставке. Каковы его планы на будущее? «Я буду отдыхать. Я работал долго и слишком напряженно. Теперь я намерен найти время наслаждаться теми сторонами жизни, которые прежде были мне недоступны из-за лежавшей на мне ответственности».
Герсен закрыл журнал и взглянул на дату выпуска. Это был «Космополис» от 25 января 1525 г. Через три месяца Трембат исчез, а еще через неделю был убит Билли Уиндлом на неприметном мирке в Глуши. Герсен, полностью проснувшись, стал обдумывать происшедшее. Что могло заставить бывшего Генерального Директора гигантского Банка Ригеля путешествовать в одиночестве, под покровом полной секретности, чтобы встретиться с человеком, именующим себя Билли Уиндл. Трембат жаждал вечной молодости. Что он мог предложить взамен? Судя по характеру его карьеры, это могли быть только деньги. Встреча в Скузе произошла сразу же после того, как Ифигения укрылась в Обменном Пункте. Такое совпадение событий и действующих лиц не могло быть случайным. Кокор Хеккус нуждался в деньгах — в десяти миллиардах севов. Даниэль Трембат, Генеральный Директор (в отставке) Банка Ригеля символизировал своей особой деньги — но также и консервативную респектабельность. Почему МПКК жаждало заполучить его живым или мертвым? Но мог же Трембат украсть десять миллиардов севов? Герсен попытался припомнить обрывок письма, который он отнял у мистера Хоскинса в Скузе. Он напряг память, стараясь поточнее воспроизвести слова, ныне чреватые столькими возможными последствиями.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
